|
Евгений Мороз
Евгений Мороз - историк, автор ряда исследований русского эпоса и традиционной культуры, а также идеологии современного русского национализма. Публиковался в изданиях Института этнологии и этнографии, Института социологии, в журналах "Барьер", "Звезда", "Russian History" и др. Живет в России.
"ИСЛАМ - НАШЕ БУДУЩЕЕ"!
"... у России единственный выбор - ислам!"
Название этой статьи я позаимствовал у французского писателя Роже Гароди, который так назвал одну из своих книг1. Не могу обойти вниманием опыт кумира моей юности, свободолюбивого еврокоммуниста, чей полный изысканных сентенций труд "Реализм без берегов" был после Пражской весны заключен в спецхраны советских библиотек. Однако позднее Гароди разочаровался не только в советской идеологии, но и во всем пути западной цивилизации. В 1982 году он объявил о своем обращении в ислам: "Да, сегодня я мусульманин!.. Своим выбором я опередил эпоху". С предельной краткостью посткоммунистические убеждения Гароди можно было бы обозначить названиями его работ: "Ислам - наше будущее", потому что "Запад это случайность"2. Пример поучительный, тем более что, говоря о "нашем будущем", Гароди имеет в виду не только Францию, но и весь западный мир. История этого французского интеллектуала имеет самое непосредственное отношение к России. Подобные представления разделяют многие российские мусульмане, с восторгом описывающие биографию Гароди в публикациях, которые размещены на самом популярном сайте нашего мусульманского интернета - "Ислам.ру". Как видно уже из эпиграфа, вполне идентичные по смыслу высказывания можно найти и в программных документах исламских организаций. Моя статья о них, однако прежде несколько слов о нынешних отношениях между мусульманской общиной и прочим населением России. После бесланской трагедии и взрыва двух самолетов антимусульманские настроения резко обострились. Экспресс-опрос, проведенный 8 октября с. г. на канале "Эхо Москвы", показал, что 79% респондентов видят в распространении ислама угрозу российскому государству. Общественная реакция такова, что заместитель председателя Духовного управления мусульман Нижегородской области Дамир Мухетдинов официально разрешил мусульманкам не носить хиджаб, поскольку для них это стало создавать множество проблем, включая повышенное внимание со стороны милиции и отказы в приеме на работу. То же и в столице - лишь немногие из прихожанок московской Соборной мечети отваживаются появляться в хиджабах, большинство повязывают платки только перед входом в мечеть. Пассажиры метро в каждой женщине, носящей мусульманский платок, видят террористку-смертницу, немедленно зовут милицию или просто выходят из вагона. Жертвами подобных настроений оказываются иногда совершенно случайные люди. Так, возвращавшиеся из Кипра в Россию туристы отказались лететь в одном самолете с армянином, вынудив его поменять рейс, причем ту же судьбу должен был разделить и русский человек, осмелившийся вступиться за изгоя. Эта истерика, конечно, пройдет - по крайней мере, до следующего теракта, - однако настороженное отношение к исламу наверняка останется. И причина не только в терроре. Российская общественность живет с постоянным ощущением того, что в стране нарушается традиционный статус-кво, и влияние ислама неуклонно возрастает. Мусульмане проявляют заметную активность в специфически "православных" районах страны, что шокирует старожилов. Процесс мусульманской экспансии можно проследить по кампаниям протеста против строительства мечетей - в последние два года они происходили в Петрозаводске, Вологде, Калининграде, Кисловодске, Ростове-на-Дону, Пензе, Нижневартовске, Тюмени. Так что, когда в октябре 2004 года администрация старинного русского города Владимир предписала закрыть незарегистрированный мусульманский молельный дом, это решение было вызвано реакцией на теракты, но в то же время соответствовало общей тенденции, сложившейся задолго до Беслана. В июне 2003 года всероссийский опрос ВЦИОМ показал, что 25% респондентов не верят в возможность мирного сосуществования православных с приверженцами ислама. После Беслана это число увеличилось почти втрое, однако позволю себе предположить, что речь идет не о радикальном изменении убеждений. Просто в кризисной ситуации люди высказали вслух то, о чем раньше они предпочитали не говорить - во всяком случае, публично. В долгосрочном плане очень многих российских граждан пугает перспектива мирной мусульманизации, обусловленной демографическими факторами и ростом эмиграции из исламских стран, входивших ранее в состав СССР. Публично, в прессе (исключая откровенно "желтую") антиисламские мотивы представлены лишь в смягченной форме; впрочем, участники "круглого стола" "Исламофобия в российских СМИ", который проходил в Москве 21 октября 2003 года, приняли заявление, согласно которому "Особую... тревогу вызывает огромное количество публикаций, высказываний и телепередач, в которых из многомиллионной общины мусульман страны формируется образ врага". О реакции мусульман свидетельствуют иски, предъявленные в 2004 году исламскими организациями таким популярным российским газетам, как "Известия" и "Комсомолка". На мой взгляд, не все тут бесспорно - такое впечатление, что многие мусульманские общественные деятели (и не только они) просто не хотят ничего слышать о реально существующей проблеме, пытаются табуировать, закрыть тему, словно надеясь, что вместе с публичными обсуждениями исчезнет и конфликтная ситуация. Однако существуют люди, не связанные обязательствами политкорректноети, и они-то выражаются предельно резко. Так, в ходе выступления на концерте группы "Алиса" (в июле 2004 г.), которую возглавляет известный своими национал-патриотическими убеждениями певец Константин Кинчев, видный православный публицист Андрей Кураев призвал молодежную аудиторию к социальной ответственности и активному деторождению, пригрозив поклонникам "Алисы", что в противном случае им придется слушать призывы муэдзина с минарета морской мечети Кронштадта. Даже скинхеды начинают восприниматься обществом не без сочувствия. По данным ВЦИОМ, 21% россиян полагают, что скинхеды защищают интересы русских, 17% вполне поддерживают лозунг "Россия для русских", а 38% считают, что этот лозунг неплохо было бы осуществить "в разумных пределах"3. Создается такое впечатление, что подобных принципов придерживаются и многие представители правоохранительных органов, объектом повышенного и часто пристрастного внимания которых оказываются обычные обыватели, виновные лишь в принадлежности к "лицам кавказской национальности". Авторы "Ислам.ру" уверяют, что во всем виноват коварный сионистский капитал, развязавший злобную исламофобскую кампанию в российской прессе. Таким образом, в число агентов сионизма попадает множество самых разных людей - от дьякона Кураева и представителей "Союза православных граждан" до автора недавно вышедшей книги "Геополитика ислама" С. А. Модестова, который заявил во вступлении к своему труду: "Книга призвана предостеречь, предупредить об угрозе исламской экспансии"4. Стоит особо отметить, что рецензентами данного сочинения являлись заведующий кафедрой национальной безопасности Российской академии государственной службы при президенте Российской Федерации профессор А. А. Прохожее и вице-президент Академии военных наук доктор военных наук профессор Н. Н. Турко. Похоже, что проблема исламской экспансии занимает в наши дни и людей этого круга. По предварительным данным последней всероссийской переписи, в России обитают 14,5 миллиона мусульман, что составляет около 10% населения, - имеются в виду, конечно, не посетители мечетей, а представители народов, традиционно принадлежащих миру ислама. Очень показательно, как редакция "Ислам.ру" отреагировала на эту информацию - она заявила, что эти данные расходятся с цифрами, которые приводил ранее в одной из своих речей Владимир Путин, сказавший, что в России проживают порядка 20 миллионов мусульман. Журналисты "Ислам.ру" не хотят смириться с тем, что после проведения подсчетов эта цифра оказалась преувеличенной. За их претензией - вполне откровенно обозначенное желание людей, которые хотели бы максимального увеличения количества мусульман в России. И 20 миллионов не предел - председатель Исламского комитета России Гейдар Джемаль уверенно говорит о тридцати. Как писал по этому поводу М. Тульский, чем радикальнее исламский деятель, тем более неадекватную цифру он называет5. Действительность не соответствует надеждам представителей исламской общины России. Однако вопрос лишь во времени. Демографическая тенденция такова, что удельный вес народов мусульманской зоны в составе населения России увеличивается, причем не так уж медленно. Опасения основываются не только на демографических факторах. Как отмечает Руслан Курбанов в статье "Исламизация России" (25.10.2003 -сайт "Yaseen.ru"): "Русские принимают ислам в таком количестве, что православная церковь бьет тревогу, а Союз православных граждан призывает к бойкоту бывших единоверцев, избравших религию Аллаха. Русские мусульмане на удивление активны, даже более чем их единоверцы из северокавказских и поволжских республик". О том же с восторгом пишут мусульманские журналисты России. В октябре 2004 религиозный портал "Credo.ru" сообщил данные о новообращенных. Только в Москве с января по октябрь 2004 года около 20 000 человек приняли ислам. Число новообращенных мусульман в Москве за тот же период в 2003 и 2002 годах составило, соответственно, 15 300 и 12 450 человек. Согласно тому же источнику, 60% новообращенных - этнические русские, ранее не исповедовавшие никакой религии. Из них 75% - девушки 17-21 года. Авторы "Ислам.ру" посвятили новообращенным особый раздел - "Новые мусульмане". Здесь с торжеством описывается победное шествие ислама по всей планете, сообщается о том, что англичане и французы тысячами принимают учение Мухаммеда, что уже с давних пор поклонниками ислама были многие выдающиеся европейские мыслители, которые только по неосведомленности считаются христианами. Список имен обширен - от Эдварда Гиббона до капитана Кусто, в него входит даже Гёте. Согласно одной из публикаций: "В 1995 году в г. Веймаре группа исследователей во главе с шейхом Абдулкадыром аль-Мурабитом изучила многочисленные произведения и письма Гёте, что дало шейху А. алъ-Мурабиту достаточные основания вынести фетву, в которой поэт признается мусульманином". Однако в первую очередь авторы "Ислам.ру" озабочены ситуацией в России. По их информации, приверженцами ислама были даже Александр Пушкин и Лев Толстой. Любое проявление симпатии, вызванное модой или же соображениями нравственного характера, с полной однозначностью интерпретируется как свидетельство предпочтения ислама христианству. Даже древнее русское язычество объявлено стихийным монотеизмом, предельно близким исламу, а возможно, и сложившимся под исламским влиянием - об этом повествует Вячеслав (Али) Полосин, бывший православный священник, ставший после своего обращения в 1999 году руководителем департамента государственно-исламских отношений Совета муфтиев России. Особо следует отметить, что в описании дохристианской веры русского народа Полосин, являющийся, помимо всего прочего, доктором философских и кандидатом политических наук, без каких-либо колебаний цитирует известную фальсификацию, легшую в основание современного русского неоязычества-так называемую "Влесову книгу", чей подлинный автор Юрий Миролюбов ввел в оборот связанную с этим псевдопамятником концепцию русского, так называемого "ведического" монотеизма6. Соединив исламскую проповедь с неоязыческими фантазиями, Полосин утверждает, что, в отличие от благородного ведического монотеизма, христианство, навязанное коварными византийцами русскому народу, представляет собой чужую, еврейскую, религию, а по сути является своего рода язычеством, омрачающим души верующих внутренней раздвоенностью и мазохистским комплексом вины. Чтобы спастись от христианского наваждения, священник-ренегат призывает русских последовать его примеру и обратиться к исламу. Учитывая, что Али Полосин является преподавателем курса "Сравнительное религиоведение" в Московском исламском колледже, можно предвидеть, с какими представлениями выйдут в жизнь выпускники данного учебного заведения. Не уготована ли им судьба исламских миссионеров? Особое внимание уделяется обращению в ислам женщин. Согласно заметке "Русских мусульманок становится все больше", за последние два года их количество увеличилось втрое. Обычно такие обращения связаны с замужеством, однако автор публикации уверяет, что мусульманские мужья никогда не склоняют жен к принятию своей веры, и женщины сами по себе ощущают ниспосланное свыше озарение, после которого они всем сердцем принимают учение Пророка. Среди прочих, мне показался особо любопытным следующий сюжет: "Приведу вам еще один пример принятия Ислама русской женщиной. Ее муж - араб. Он никогда не настаивал на принятии ею Ислама. Прожив в браке 9 лет, женщина как-то увидела телепередачу с Иман Валерией Пороховой по телеканалу "Культура", где рассказывалось о том, что Лев Толстой принял Ислам. Это произвело на зрительницу такое неизгладимое впечатление, что она начала активно читать книги по Исламу, хотя раньше они ее совершенно не интересовали! В общем, после месяца такого чтения эта женщина совершила полное омовение, дождалась ни о чем не подозревающего мужа и впервые сказала ему шахаду". Отдельная страница сайта объясняет процедуру обращения, здесь помещено даже специальное окошко с гипертекстовой ссылкой, которое позволяет посетителям сайта заявить о своем принятии ислама прямо в интернете. Авторы "Ислам.ру" уверяют, что к ним обратились таким образом 876 человек (данные на начало октября 2004 г.), и приводят некоторые послания. Тексты, авторы которых сообщают свое прежнее имя и новое - мусульманское, немногословны, но некоторые из них очень выразительны. Привожу наиболее характерные примеры: [03-10-2004] Дмитрий Коровель /Салах-ад-Дин / русский / Рига / христианство Встаньте под знамена ИСЛАМА. Слава АЛЛАХУ, я уже мусульманин! Слава АЛЛАХУ, я уже мусульманин! АЛЛАХ АКБАР! [17-10-1998] Андрей Л. / Абдуллах Абу Хамза / белорус / Киев / христианство Я больше не боюсь смерти. [05-10-2004] Наташа / Сальва / русская-татарка / Астрахань / христианство Я обожаю всё восточное, обожаю Ислам и безумно хочу в мечеть. [27-09-2004] Анна / Амина / русская / Владивосток / христианство Я счастлива тем, что совершила этот шаг в своей жизни. Я надеюсь сохранять свою веру и верю в помощь Аллаха. [26-09-2004] Лариса / Милана / русская / Новосибирск / христианство Несмотря ни на какие войны и гонения, ислам - лучшая религия. Аллаху акбар! Я счастлива, что я и многие мои соотечественники поверили в ислам. Благословит вас Аллах-мы ведь теперь братья... В последнем случае я хотел бы особо отметить русификацию известного исламского лозунга, который приобрел теперь звучание "Аллаху акбар!". Это не изобретение пылкой неофитки. Лариса-Милана из Новосибирска лишь повторила уже достаточно распространенную формулировку, которая свидетельствует об адаптации ислама на русской почве. Согласно "Ислам.ру", новыми мусульманами становятся представители самых разных национальностей, проживающих в России, в их числе оказался даже прежний раввин махачкалинской синагоги. Тем не менее большинство являются русскими. Это движение приняло столь массовый характер, что в некоторых городах русские мусульмане сплотились в особые группы. 12-13 июня 2004 года в Омске состоялся объединительный и учредительный съезд, на котором было объявлено о создании всеобщей Национальной организации российских мусульман (НОРМ). На съезде были избраны председатель - Анатолий (он же Абу Талиб) Степченко из Омска и вице-председатель - Тарас (Абдуль Карим) Черниенко из Москвы. Известный своими жестко "фундаменталистскими" притязаниями Союз православных граждан отреагировал на данную инициативу крайне болезненно7, в ответ на что публицисты НОРМ объявили выступление православных активистов "сионистской провокацией". Столь откровенная экспансия на православном поле вызвала некоторую растерянность у представителей властных структур и даже у ряда исламских лидеров. Как утверждает руководство НОРМ, они представляют несколько тысяч обращенных, обитающих в разных российских городах - от Владивостока до Калининграда. Главной задачей новых мусульман провозглашен призыв к исламу русских по национальности и организация для них полноценной общинной жизни на основе шариата. Через две недели после учредительного съезда на сайте НОРМ появилось торжественное сообщение, что к русским мусульманам присоединился руководитель кафедры иностранных языков Российского Университета дружбы народов, кандидат филологических наук Андрей Подгуренко, который произнес шахаду на собрании мусульманской молодежи. В тот же день было объявлено и о создании двух русских мусульманских семей. Активисты НОРМ видят себя в русле общего мусульманского движения, размывающего изнутри традиционный христианский потенциал Запада. С большой симпатией и несомненной осведомленностью пишут они о рождении и позднейшей эволюции в направлении к мусульманской ортодоксии организации американских чернокожих "Нация ислама", о создании так называемого "мусульманского парламента" в Англии. Что касается ситуации в России, то наиболее любопытным идейным положением нового движения является, на мой взгляд, сочетание мусульманской догмы с претензией на русский патриотизм, даже национализм. Уже на первой московской пресс-конференции, посвященной созданию НОРМ, Т. Черниенко заявил: "Как русские люди мы связаны со своим народом узами языка и культуры, а как мусульмане мы осознаем себя частью мировой уммы". Чтобы успокоить общественное мнение, взволнованное массовой эмиграцией из среднеазиатских республик и Азербайджана, русские мусульмане заявляют, что являются противниками подобной практики. При всем уважении к зарубежным единоверцам, они не ставят своей целью увеличение их присутствия на территории России. Задачи русских мусульман совсем иные - они мечтают о переходе в ислам русского народа. С несомненной симпатией отмечается склонность к "брачному миссионерству" - на сайте опубликована статья одной из новых мусульманок Нур-Айшат Фроловой под названием "Зачем вы, девушки, чеченцев любите". Однако главная ставка делается не на браки, а на массовое всенародное обращение. Как гласит заявление, вынесенное на сайте в качестве заголовка программного текста: "У России единственный выбор - ислам!" Речь идет не только о том, чтобы русские вместо церквей посещали бы мечети. По заявлению Тараса (Абдуль Карима) Черниенко: "...в мусульманской религии, как в универсальном образе жизни, содержится очень много положений, отвечающих на насущные вопросы современности, стоящие сегодня как перед российским Государством, так и перед русским Народом. В частности, Ислам отвечает на очень важные вопросы семьи, вопросы личности, вопросы человека как гражданина своего государства, вопросы экономики". Русские мусульмане убеждены в том, что Россия переживает сейчас национальный кризис, обусловленный физической и духовной деградацией русского народа, страдающего от пьянства и бедности. Об этом говорят многие. Однако если либералы видят в упомянутых бедствиях, прежде всего, наследие советского режима, истребившего наиболее инициативную часть крестьянства и культивировавшего пассивность и иждивенчество, коммунисты обвиняют в этом же ниспровергателей советской власти, а националисты твердят об интригах "жидо-масонской" закулисы, то новые мусульмане, не снимая обвинений в адрес евреев, коммунистов и демократов, главным или, по крайней мере, изначальным источником русских бед объявляют христианскую веру. Как заявляет один из представителей НОРМ, руководитель Культурного центра русских мусульман Казахстана "Ихлас" (Алма-Ата) Махди Сенчинов (в статье на "Ислам.ру"): "С русскими-православными мы собираемся вести конструктивный диалог. У нас есть общие темы и проблемы: к примеру, возрождение русского народа. Но нам кажется непродуктивным делать это посредством христианства. Ведь по истечении тысячи лет, которые русские исповедовали православие, мы оказались на грани исчезновения. То, чего не может добиться православие тысячу лет, возможно в Исламе. Становясь мусульманами, русские обретают все утраченное за это время. Люди возрождаются, как говорится, и душой, и телом за год, месяц, неделю, бывает даже за один день". Еще более откровенно говорится о планах мусульманизации в общем обращении НОРМ: "Нашей первоочередной задачей является призыв к Исламу <...> Мы, русские, обязаны подхватить знамя Пророка (мир ему!), и только в этом спасение России и всех народов, которые связали с ней свою судьбу!" Идеология НОРМ полностью соответствует тому, что говорилось об об-ращенцах в уже упоминавшейся статье Курбанова: "...основная тема, которую они старательно продвигают в обществе, - это все чаще звучащие заявления о том, что Владимир Красное Солнышко ошибся в выборе религии для Руси. Русские мусульмане старательно внедряют в общественное сознание мысль о том, что русский человек должен следовать не выбору любившего подвыпить князя, а делать собственный выбор". Обличения пристрастного к алкоголю князя Владимира дополняются в публикациях НОРМ рассуждениями о монахах, привезших на Русь технику возгонки крепких алкогольных напитков. Что касается идеи о близости к исламу русского ведизма и почитания "Влесовой книги", осведомленность идеологов НОРМ в этих вопросах столь основательна, что, полагаю, не ошибусь, предположив, что кое-кто из новых мусульман участвовал ранее в неоязыческом движении. Новые мусульмане утверждают, что до рокового решения князя Владимира русские были инстинктивными монотеистами, предельно близкими исламу. Дмитрий Махров ("Единобожие в русском ведизме" и "Русский народный хиджаб") убежден, что об этом свидетельствует даже сходство в женском одеянии, которое, как у русских людей, так и в исламе поощряло скромность и закрывало от жадного мужского взгляда женские прелести: "Если приглядеться повнимательнее, то обнаружится удивительный факт полного сходства одеяний мусульманки и русской женщины. Вместо хиджаба - платок, косынка или кокошник, полностью закрывающие волосы. Сарафан закрывает фигуру женщины до пят... Факты - вещь упрямая. В глаза сразу бросаются единые корни у верований славян и последнего всеобъемлющего Руководства для мусульман". У наивного читателя может создаться впечатление, что, помимо русских и мусульман, все прочие народы обряжали своих женщин в мини-юбки. Враждебность к христианству сближает мусульман и язычников-ведистов, представляющих наиболее радикальный фланг русского националистического движения, не только в общих культурологических представлениях, но и в политической сфере. Новые мусульмане разделяют основные идеи русской националистической оппозиции, включая представление о сионистском владычестве в России. Однако новые мусульмане убеждены в том, что христианство не может выполнить миссию борьбы с сионизмом, так как учение Христа уже изначально заражено сионистской скверной. Как говорил об этом представитель организации русских мусульман "Бану Зулькарнайн" Харун Иванов: "Один из ключевых идеологов и лидеров русского национализма Севастьянов совершенно правильно ставит на повестку дня вопрос о Русской Интифаде. Но Интифада... требует тотальной и всесторонней эмансипации от сионизма. Нельзя бороться против политического и экономического господства сионизма, находясь от него в духовной зависимости. Меж тем наши православные антисемиты, в одно и то же время протестующие против сионизма и исповедующие религию, которая признает богоизбранность еврейского народа, именно так и поступают. Но это тупиковая стратегия. Что касается язычников, то они, к сожалению, хотя и понимают всю пагубность этой линии, не могут предложить ей никакой достойной альтернативы. За ними не стоит ни живой религиозной традиции, ни мировой солидарности верующих, как это есть у иудеев. Единственным реальным противником мирового сионизма в современном мире является только Ислам. Выбор русских сегодня и завтра, таким образом, это выбор между сионизмом, под властью которого мы можем быть только рабами, и Исламом, мировой религией Единобожия, на базе которого мы сможем выжить как этнос и строить свое национальное бытие и будущность". Добавим к этому откровенно пронацистские симпатии. В своей публикации "Правый выбор" новый мусульманин Артур Ястребов расточает комплименты СС, чьим символом были "честь и верность", и указывает на разные аспекты, сближающие ислам и европейских ультраправых. Ястребов упоминает о влиянии идеологов нацизма на исламских радикалов, но в то же время описывает биографии западных интеллектуалов, которые перешли от убеждений фашистского типа к мусульманству. Таким был путь и самого Ястребова, который до своего обращения был лидером молодежной нацистской группы - "Русского солидаристского движения"8. НОРМ декларирует непримиримо антилиберальную позицию, бескомпромиссно отвергая возможность какого-либо сближения с Западом вне принятия им ислама. После бесланской трагедии прежний "солидарист" Ястребов с презрением отозвался об "умеренных и трусливых муфтиях", которые после каждого теракта твердят, будто бы ислам это миролюбивая религия, «но кто же им поверит в условиях, когда всюду в мире, где слышны выстрелы, они сопровождаются криками "Аллаху акбар!"». Однако "прозорливые аналитики понимают, что этим процессом управлять бы могла Россия, а не быть его жертвой...". В общем, чтобы спастись от угрозы исламского терроризма, России предлагается возглавить движение исламского радикализма, т. е. стать лидером террористов. В качестве социального идеала видится при этом что-то вроде всемирного исламского халифата, столица которого могла бы оказаться и в Москве. Один из сайтов, солидаризирующихся с позицией "Руси правоверной", так и называется -"Халифат.ру". В общем, если перевести тезис "Ислам - наше будущее" на язык политических реалий, будущее это оказывается версией нового средневековья. Ближайший аналог - устройство Ирана периода правления Хо-мейни, к которому новые мусульмане относятся с особой симпатией. Необходимо отметить, что, несмотря на свои претензии, идеологи НОРМ не выражают убеждений всех российских мусульман, в том числе и русских по национальности. Так, исламский журналист Валерий Емельянов в статье "Христиане и мусульмане за Израиль" с подзаголовком "Может ли мусульманин признавать государство Израиль?"9 ответил на этот принципиальный вопрос положительно, чем сильно разгневал идеологов НОРМ. Это не случайный сюжет. Стоит отметить и принципиальные разногласия НОРМ с одним из двух крупнейших российских мусульманских объединений - Советом муфтиев России, лидер которого Равиль Гайнутдин в 2004 году встречался с главным раввином Израиля и даже с дипломатическим представителем этой страны (29.06.2004). Лидер ассоциации "Казанский муфтият" Гусман Исхаков вообще заявил о нежелательности перехода русского народа в ислам, что вызвало гневное возмущение идеологов НОРМ. Похоже, что в Татарстане миссионерство не пользуется покровительством исламского духовенства. В уже упоминавшейся статье об обращении в ислам русских женщин ("Ислам.ру") приводится замечание одной из новых мусульманок, которая с горечью вспоминала, что не встретила должного понимания в родной Казани, зато нашла участие и духовную поддержку, переехав в Москву. Создание НОРМ выглядит как реализация уже давно декларированных планов одного из самых известных исламских идеологов России - Гейдара Джемаля. С 1992 года Джемаль вел на Первом канале российского ТВ исламский раздел религиозной программы "Ныне", где он вдохновенно пропагандировал достижения иранского режима и соблазнял рассказами о распространении ислама в среде интеллектуалов Италии и Франции. В июне 1990 года Джемаль принял активное участие в организации Исламской партии возрождения, которая заявляла, что ее задача - реформация СССР, превращение его в государство вернувшихся к возрожденному исламу тюрок, кавказцев и исламизированных славян. Предполагалось, что этот союз мусульманских республик вместе с арабским миром будет противостоять растленному Западу. Крах СССР похоронил эти планы, однако теперь Джемаль возрождает их в масштабах России. Чтобы понять смысл миссии последователей Джемаля, необходимо определить особенности их убеждений, понять место данного движения в мире российского ислама, прошедшего после распада СССР весьма непростой путь. Претендующий на положение верховного муфтия России Талгат Таджуддин является всего лишь одним из влиятельных исламских лидеров. Радом с этими большими объединениями действуют и несколько меньших групп. Полностью независимыми и не имеющими четкой ориентации остаются 70 мусульманских приходов. Многообразны и партийные объединения, в числе которых уже в 1995 году проявили себя Союз мусульман России, а также общероссийское мусульманское общественное движение "Hyp" и Исламский комитет Джемаля. Позднее от Союза мусульман отпочковались "Мусульмане России", Всероссийский исламский конгресс, "Рефах" ("Благоденствие"), а "Нур" породил Исламскую партии России, переименованную (по турецкому образцу) в Партию справедливости и развития России. На выборах 2003 года эта организация выступила под именем партии "Истинные патриоты России", чье сокращенное обозначение ИПР должно было напоминать о генетической связи с Исламской партией России. Существуют также несколько малозначительных карликовых исламских партий. Впрочем, официальные исламские политики проявляют активность, главным образом, во время выборов, неизменно оканчивающихся для их партий полным провалом. Так, на выборах 1995 года, когда лидеры "Нура" утверждали, что в России якобы 18 млн мусульман и все они проголосуют за единственный исламский список, эта организация собрала только 0,57% голосов, уступив даже Партии любителей пива. Нечто подобное повторилось и на парламентских выборах 2003 года, когда "Истинные патриоты России", уверявшие, что их должно поддержать не менее трети избирателей, получили около 0,25% и замкнули общий список. Большей внутренней устойчивостью обладают организации политических противников российского государства - от объединившей татарских националистов Партии национальной независимости "Иттифак" Фаузии Байрамо-вой до радикалов-ваххабитов. Гейдару Джахидовичу Джемалю принадлежит особое место в мире российского ислама. С одной стороны, он придерживается самых радикальных убеждений, является страстным поклонником аятоллы Хомейни и, пока это было возможно, принимал активное участие в деятельности так называемой Хартумской конференции, объединявшей наиболее воинственных и непримиримых по отношению к Западу исламских лидеров. В то же время этот наследник старинного рода сарджалинских ханов принят в самых разных столичных кругах, очень часто его приглашают для участия в телебеседах и "круглых столах", посвященных политической тематике. К мнению Джемаля прислушиваются не только журналисты, но и многие политические деятели, причем самой разной ориентации. Ни один другой исламский лидер России не может похвастаться чем-то подобным. Будучи недоучившимся студентом - в 1967 году он был отчислен со второго курса московского Института восточных языков "за буржуазный национализм", -Джемаль пользуется репутацией незаурядного мыслителя, считается серьезным философом, посвятившим свои труды проблеме Абсолюта, историком и культурологом. На мой взгляд, все это свидетельствует, скорее, об уровне образования пресловутого московского бомонда, нежели о достоинствах Джемаля. Достаточно упомянуть, что, полемизируя с Максом Вебером, который утверждал, что в основе капиталистического строя лежит протестантская этика, Джемаль возводит философию капитализма к... ми-траизму. Доказывая превосходство ислама над другими ветвями авраами-ческой традиции, наш герой с полной серьезностью уверяет, что "чистое христианство и чистый иудаизм - это ислам". Джемалю точно известно, что Моисей "ту традицию, которая получила название иудаизм... называл ислам. И Авраам называл свою традицию, когда он ушел из страны Ур, тоже ислам"10. Оказывается, что только палестинские арабы являются единственными потомками древних евреев, что дает им исключительное право претендовать на ветхозаветное наследие. По сведениям Джемаля, все настоящие евреи после взятия халифом Омаром Иерусалима приняли ислам, а иудаистскую традицию сохранили только потомки вавилонян. Что касается обитающих в Европе евреев-ашкеназов, то, как утверждает Джемаль, они и вовсе являются немцами и славянами. Перечисление подобного вздора можно было бы продолжать долго, однако само по себе данное обстоятельство не определяет рассматриваемый феномен. Речь идет не о невежестве, во всяком случае, не просто о невежестве. Это своего рода интеллектуальное Зазеркалье, в котором не работают общепринятые представления о реальности, а действительность - как события наших дней, так и историческое прошлое - послушно подчиняется самым причудливым схемам. Старинный друг Джемаля Александр Дугин -оба они в 70-х принадлежали к кругу известного писателя Юрия Мавлее-ва, а после эмиграции мэтра перешли под крыло известного поклонника оккультных знаний Евгения Головина11 - подвел под такое принципиальное размежевание с миром науки теоретическую базу. С восторгом описывая рассуждения Рене Генона об универсальных истоках традиционного мышления, восходящего якобы к некой "примордиальной" культуре, существовавшей в древней северной прародине ариев - Гиперборее, его рассказы о вечной войне сил света и тьмы, о разбросанных по всему миру башнях Сатаны, дополняя это измышлениями Сент-Ив д'Альвейдра об определяющей всю историю человечества борьбе наследников солнечного Рамы с последователями мятежного принца Йршу, идеями Грасе д'Орсе, который уверял, что вся человеческая история определяется соперничеством орденов Кварты и Квинты, и другими столь же достоверными теориями, Дугин называет своих любимцев представителями особого творческого метода -"исторического безумия". Дугин утверждает, что "в сравнении с профанами и "нормальными историками" они являют собой подлинных "гениев" и сверхнормальных исследователей, и их концепции безмерно превосходят по своей истинности и методологической ценности весь жалкий, чисто фактологический и бессмысленный, сизифов труд "позитивистов" и "критиков" от истории"12. Похоже, что "позитивисты" и "критики от истории" и в самом деле не выдерживают соперничества со "сверхнормальными исследователями", предающимися историческому безумию. По крайней мере, в мире российской политики. Как показывает пример того же Дугина, истории вечной борьбы носителей принципов Инициации и Контринициации, равно как геополитические фантазии о столкновении цивилизаций Моря и Суши, прекрасно усваиваются на самом высоком уровне. Дугин, который отшлифовал свое мастерство Сирены-обольстительницы на фанатах Национал-большевистской партии (Лимонов до сих пор не может простить ему измены), читает теперь лекции офицерам Генштаба и сотрудникам ФСБ. Учитывая, что российские министерства обороны, чрезвычайных ситуаций и внутренних дел пользуются услугами астрологов13, это не кажется удивительным. И хотя в настоящее время пути Дугина и Джемаля несколько разошлись -если последний трудится над усилением НОРМ, то Дугин возглавил Евразийскую партию, в составе которой причудливо смешались отставники спецслужб и мусульманские священнослужители под руководством явно враждебного Джемалю лидера ЦДУМ Таджуддина, - все же идут они параллельными курсами. Просто, растолковывая своим слушателям, что все происходящее в мире, вплоть до событий 11 сентября, объясняется вечной борьбой Элиты и Контрэлиты, Джемаль несколько смещает акценты - сказывается приверженность идее исламской революции. Добавлю, что все идеологические расхождения не мешают старым друзьям самым мирным образом сотрудничать в рамках Московского Нового университета, профессорами которого являются и Дугин, и Джемаль, и Мавлеев, и Головин. Обозревая политическую биографию Джемаля, можно только поразиться, сколь разнообразны и причудливы те политические союзы, которые в разное время он заключал. На выборах 1995 года Джемаль присоединился к блоку "Профсоюзы и промышленники" Михаила Шмакова и Аркадия Вольского, потом покинул их ради Партии конституционных демократов Виктора Золотарева, а на выборах 1999 года он оказался в одном строю с прокоммунистическим "Движением в поддержку армии" Виктора Илюхина и Альберта Макашова. Исламский комитет входил в Союз национальных и патриотических сил, поддержавший на президентских выборах Лебедя, у которого Джемаль был советником по мусульманским вопросам. Кажется невероятным, но этот пылкий поклонник аятоллы Хомейни, проклинающий "растленный Запад", сумел наладить хорошие отношения даже с главным имиджмейкером "Союза правых сил" Маратом Гельманом. Перед выборами 2003 года серьезно обсуждался вопрос о союзе Джемаля с СПС, и хотя этот альянс не состоялся, в ходе иракской войны Гельман организовал вместе с Джемалем общий сайт "Ирак.ру". Джемалю прощают его псевдоисторический бред, заявления о безусловном превосходстве ислама над православием, симпатию к террористам, взорвавшим египетское посольство в Пакистане, даже декларированное сочувствие к чеченским радикалам. По словам Джемаля: "Басаев действовал адекватно, захватывая заложников в Буденновске"14. Впрочем, в отличие от чеченских боевиков, стремящихся отторгнуть от России Северный Кавказ или часть этого региона, наш герой хотел бы обратить в ислам всю страну - от Калининграда до Приморья. К этой великой мусульманской державе он с удовольствием присоединил бы славянские республики и непокорную Прибалтику. В политических маневрах Джемаля много случайного, однако его принципиальной идеей является формирование "единой идеологии контрглобализма", что означает сотрудничество со всеми противниками западной демократии. Джемаль обращается с призывами о совместных действиях к самым разным политическим силам - к фашистам и коммунистам, националистам православного и языческого толков. Надо сказать, что это близко программной идеологии главной газеты непримиримой оппозиции "Завтра", охотно предоставляющей слово радикалам всех мастей. Как писал главный редактор "Завтра" Александр Проханов: "Я хочу бросить в этот котел скинхедов, лимоновцев, кондратенковцев, протестующий ислам, мы должны взять Думу на следующих выборах, протолкнуть свою президентскую команду, чтобы этот олигархический строй исчез навсегда!"15. Особенность позиции Джемаля состоит лишь в том, что он не забывает потянуть одеяло на свою - исламскую - сторону. В одном из интервью в прошлом году Джемаль предсказал, что уже через десять-пятнадцать лет произойдет тотальная мусульманизация Европы, и, по примеру константинопольской Софии, Собор Парижской богоматери превратится в мечеть16. О храмах московского Кремля наш герой умалчивает, понятно почему. В общем, единой идеологии контрглобализма явно не получается. Если выступление Джемаля в 1999 году на конгрессе "Православие и ислам -духовная основа единства и патриотизма народов России" вызвало самый восторженный отзыв в стане православных "патриотов"17, то теперь - после появления НОРМ - ситуация меняется. Добавлю, что радикалы, утверждающие торжество великой Белой расы, уже давно обличали Джемаля в качестве врага русского народа - троцкиста и тайного еврея18. Оценивая общую ситуацию, стоит вспомнить истоки политической карьеры Джемаля, которая начиналась не просто эзотерическими мудрствованиями, но игрой в фашизм. Факт этот не нашел отражения в биографиях Джемаля, публикующихся на исламских сайтах, однако духовное становление нынешнего страстного мусульманина происходило в рамках так называемого "Черного Ордена СС". Эта организация была создана в 70-х годах Евгением Головиным, который столь вдохновился идеалами "Оккультного Рейха", что, по примеру Гиммлера, объявил себя рейхсфюрером. Со временем идеалы Джемаля сместились в сторону иранской исламской революции, однако он и поныне поддерживает самые близкие отношения с былыми соратниками по "Черному Ордену". И хотя в публикациях, обращенных к "обычным" читателям, Джемаль использует традиционно негативные коннотации термина "фашизм", обвиняя в этом грехе президента Буша и всю нынешнюю Америку, в более узком кругу он с одобрением вспоминает об увлечениях юности. В статье, опубликованной в одном из первых русскоязычных изданий, объединивших поклонников "Оккультного Рейха" (журнал "Гиперборея"), Джемаль указывает на глубокое духовное родство нацизма и ислама и призывает к их интеграции. По его словам, правый радикализм и ислам это "две стороны сверхчеловеческой любви к Ноумену. Что мешает им стать одним, если не считать технических помех в виде исторических счетов, интеллектуальных разночтений и исторических недоразумений? Ведь это, в сущности, - параллели одной геометрии, сходящиеся в бесконечной перспективе"19. Подобные убеждения разделяют и идеологи НОРМ. Понятно, что, говоря об исламе, наши герои считают истинным исламом только то, что прочие обычно называют исламским экстремизмом. Джемаль и его последователи с глубочайшим презрением отзываются об умеренных исламских лидерах, которые готовы вступить в переговоры с США или Израилем. Это отношение распространяется и на таких руководителей российского ислама, как Таджуддин и Гайнутдин, которые соотносят свою деятельность с внешнеполитическим курсом России. Джемаль и лидеры НОРМ относятся к этому курсу с предельным неодобрением. Однако если Артур Ястребов всего лишь сожалеет о том, что в Кремле не желают ответить на его предложение о присоединении к радикальному исламу в борьбе против Запада, то более решительный Джемаль после того, как Россия поддержала войну США против талибов, публично объявил президента Путина предателем родины20. В одном из интервью того времени он уверял, что "...скоро у Путина будет репутация панамского премьера Норьеги. И с ним поступят точно так же: пошлют американский спецназ, арестуют и отдадут под суд какого-нибудь мелкого штата"21. Стоит добавить, что корреспондент, записавший предсказание Джемаля, сообщает: "некоторые... журналисты считают этого человека чуть ли не тайным руководителем будущей российской исламской революции"22. В общем, если Дугин, стремящийся к тому, чтобы придать российской политике антизападную направленность, пытается войти во власть, изменить ее изнутри, то Джемаль добивается той же цели путем внешнего давления. Можно констатировать, что оба воспитанника "Черного Ордена СС" не преуспели в своих попытках повлиять на позицию российского руководства. Однако, судя по российскому сайту "Ислам.ру", у Джемаля и идеологов НОРМ немало единомышленников. Как и во всем исламской мире, политизированная интеллигенция существенно более воинственна, нежели прагматичные государственные деятели, которые в отношениях с Западом хотели бы найти взаимовыгодный баланс интересов, но периодически оказываются вынужденными уступать давлению непримиримых. Даже ославленный соперниками как "советский муфтий" Таджуддин (он начинал свою карьеру еще при Брежневе) в ходе второй иракской войны сгоряча объявил США джихад, после чего впал в немилость у президентской команды. Этой ситуацией немедленно воспользовался Гайнутдин, чьи встречи с представителями Израиля выглядят в этой ситуации как демонстрация лояльности к внешнеполитическому курсу Кремля. Позиция Совета муфтиев России укрепилась настолько, что в октябре 2004 г. его представители провели семинар по вопросу взаимодействия мусульманских организаций с военно-силовыми структурами, в работе которого приняла участие группа высокопоставленных офицеров разных родов войск - от сухопутных до ФСБ. Однако Гайнутдин сохраняет тесные связи с лидерами "Рефаха" Ашировым и Ниязовым, чьи политические декларации отличаются непримиримым антиамериканизмом и антисионизмом. Когда по приглашению последних 28 января 1998 г. в Москву приехал известный своими антисемитскими заявлениями лидер американской "Нации ислама" Луис Фаррахан, он принял участие в праздновании Уразы-байрам в Московской соборной мечети вместе с Равилем Гайнутдином. Умеренность отдельных российских лидеров ислама выглядит не столько как следствие убеждений, сколько как результат политических маневров. Во многих случаях грань между умеренными и радикалами малоощутима. Например, после событий И сентября не нашлось ни одного лидера российского ислама, кто выразил бы сочувствие Америке и возложил вину за теракт на мусульманские экстремистские организации. Де-факто российские политики уже сейчас признают подобную специфику исламского политического мышления. Других мусульман у нас нет, а голоса избирателей нужны. Если Проханов и его единомышленники являются своего рода аутсайдерами российской политической сцены, на союз с которыми могут пойти только коммунисты, то мусульманские авторы газеты "Завтра" приняты центристскими и - как показывает пример Джемаля - даже праволиберальными партиями. Достаточно вспомнить историю лидеров "Рефаха" - это поистине детективный клубок авантюр, среди которых не только попытка захвата исторической мечети Москвы и создание альтернативного духовного управления мусульман Сибири, но, как утверждают, также посредничество в финансировании саудовскими спонсорами Джохара Дудаева и его режима в Чечне и сотрудничество с криминальной "уралмашевской" группировкой в Екатеринбурге23. Однако успешная "торговля" голосами мусульманских избирателей России обеспечила данному движению благосклонность сначала Виктора Черномырдина в бытность его премьером, а потом Сергея Шойги и курировавших "Единство" представителей кремлевской администрации. Успех "Единства" на выборах привел создателя и сопредседателя "Рефаха" Абдулу Вахеда Ниязо-ва24 в Госдуму. После выхода из "Единства" Ниязов организовал "Евразийскую партию России" и выступил с инициативой образования "всемирного фронта по борьбе с атлантистами и их израильскими приспешниками". Выступая на пресс-конференции, посвященной событиям И сентября в США, он пригрозил Америке Божьим судом за преступления против мусульман, сообщив, кстати, что теракт, приведший к гибели тысяч американцев, был организован сионистами. Позднее Ниязов выступил в поддержку афганского режима талибов. Все это мало отличается от позиции Джемаля, хотя тот утверждал, будто, по его информации, теракт 11 сентября был организован некими международными заговорщиками, использовавшими агентов, которые ранее работали на восточно-германскую Штази. На фоне таких исламских политиков позиция ведущих мусульманских духовных лидеров России кажется умеренной. Приближаясь к Кремлю, они соотносят свои высказывания с общей политической линией руководства страны, и даже "согрешивший" призывом к джихаду Таджуддин старается сейчас доказать, что это был случайный жест. Но сохранится ли такое положение вещей, когда исламской население России станет более многочисленным и более влиятельным? Сейчас НОРМ может показаться изолированной группой радикалов, словно специально созданной, чтобы спровоцировать конфликт между христианской и мусульманской общинами страны. Однако еще лет десять тому назад немыслимо было даже представить возникновение особой организации русских мусульман. Темпы обращения в ислам пугающе стремительны. Что будет еще через десять лет? А через двадцать? Динамика развития такова, что со временем самые безумные идеи Джемаля могут оказаться куда более близкими к российской реальности, нежели это представляется в настоящий момент. ПРИМЕЧАНИЯ
1. Garaudy R. L'Islam habit notre avenir. Paris, 1980. |